главная

назад

вперёд
   

Кукуруза

«...В похвалу можно сказать, что края, потребляющие преимущественно кукурузу, имеют людей сильных, цветущих, здоровых. Кажется, что таковая их пища истребила некоторые болезни, уменьшила число страданий человеческих и смертность!»

Эти строки — из «Наставления к населению Кавказа». Оно опубликовано в 1882 году. Тогда же в печати появилась другая заметка о кукурузе. В ней говорилось, что под Москвою крестьяне вырастили это растение высотою в три человеческих роста.

Но особенное внимание привлекла к себе кукуруза в 1900 году. Только что закончились самые губительные за всю историю России засухи. Ученый мир бурно обсуждал трагические события. И задавал один и тот же вопрос: почему все чаще и все страшнее становятся засухи? Ответа не бьто. В это печальное время вышла в свет небольшая книжечка, которая сразу же привлекла к себе внимание агрономов. Ее название обещало разрешить многие трудные вопросы: «Как высохла наша степь?» Автор — известный ученый и агроном А. Измаильский.

Степь уже не та, что раньше! — говорилось в книге. Ее затоптали копытами и распахали. Прежде в степи копилась влага. Ее, как губка, впитывал в себя растительный войлок, ветошь отмерших трав, покрывавших почву. Он отдавал влагу чернозему. В том было много органического вещества, и оно тоже было копилкой воды.

Теперь войлока нет. Он исчез. Органического вещества стало тоже меньше. Голая, беззащитная почва отдает влагу так же легко, как и принимает от дождей и снега. Как же не наступить засухе?

Книгу Измаильского читали запоем, как роман. Будущее прояснилось. Теперь нужно было только найти растение, которое могло бы выжить на иссушенной степной почве и которое прибавило бы влаги полям. Вот тут-то вспомнили, что еще за пятьдесят лет до катастрофы, в 1850 году, известный ученый того времени В. Палимпсестов назвал имя растения — кукуруза!

Палимпсестов предупреждал: если наступят тяжкие времена, высохнут степи и не станут родиться хлеба, останется одна надежда — кукуруза. Свое убеждение он доказывал так. Во-первых, не боится засух. Даже при полном летнем бездождии питается росами и теми жалкими каплями осадков, которые ловят ее широкие листья.

Во-вторых, убирать можно в любое время. Она не осыпается, как рожь, пшеница или просо. Иногда початки ломают даже весною, если осенью недосуг. И ни один хлеб не сохраняется так долго в початках. Кукуруза — хоть двадцать лет!

А в-третьих, превращая зерна в муку, ничего не теряем в виде отрубей, как у ржи, пшеницы и в особенности у ячменя. И к тому выигрываем на посевном материале: его нужно в пять или даже в семь раз меньше, чем зерна пшеницы.

Палимпсестов, конечно, был человек увлекающийся. И кое-какие достоинства кукурузы он преувеличивал. Но агитация его не прошла незамеченной. И с начала века эту культуру стали сеять все чаще. И больше всего, конечно, на сухом юге.

Впрочем, это растение стало вдруг таким модным, что им заинтересовались и северяне. Они припомнили, что еще петербургский огородник Е. Грачев, увлекшись рассказами Палимпсестова, стал выводить северные сорта. И то, во что никто не верил, совершилось. Кукуруза не только выросла в Петербурге, но и дала зрелые початки. Грачев отправил их на Всемирную выставку в Париж.

В Париже собралась экспертная комиссия. Ее члены тоже не поверили, что кукуруза может дать початки в краю белых ночей. Узнав об этом, Грачев пообещал оплатить проезд экспертов до Петербурга и обратно. Прибыли, убедились и только тогда поверили.

Похожий случай произошел в наше время. В Чувашии засеяли кукурузой несколько гектаров. Вырос лес четырехметровой высоты. Заходить страшно. Из района прислали агрономов подсчитать урожай. Получилось много. По полтора килограмма с каждого квадратного метра. В районе агрономам не поверили и прислали новую комиссию. Целую неделю проверяли. Насчитали еще больше.

Еще забавнее получилось с кукурузой, которую использовали на силос. Днепропетровцы попробовали кормить коров и так остались довольны, что придумали лозунг: «Кукурузный силос на молочной ферме превращает зиму в лето!»

Лозунг был услышан в Архангельске. Это уже совсем Крайний Север. Но кукуруза выросла здесь такой пышной, какой никогда на юге не бывает. Собрали зеленой массы в пять раз больше, чем у Черного моря.

Палимпсестов не зря старался расхваливать южную гостью.

Она действительно оказалась полезной. Вот только насчет хранения он немного преувеличил. Конечно, может быть, в идеальных условиях зерно ее и пролежит двадцать лет, но такие условия соблюсти трудно.

Один заведующий складом рассказывал, что хранил кукурузу, хорошо просушенную, до марта месяца. Как только установилась теплая погода, заведующий велел открыть все двери складов. И через несколько дней початки заплесневели. Теплый воздух, попав на холодные початки, капельками осел на них.

Плесневым грибам этого оказалось достаточно. Недаром же на заводах, где выращивают плесневые грибы, используют в качестве питательной среды кукурузную болтушку — жидкую кашицу. Плесени — великие любители кукурузы.

Но если так трудно сохранить кукурузу в зернах, то еще трудней — в муке. Знатоки советуют не хранить муку дольше недели, даже если она выработана из самого сухого зерна. Самая сухая мука имеет склонность согреваться и делаться горькой. Происходит это, однако, не по милости плесневых грибов, а из-за того, что в зернах много масла. Масло прогоркает очень быстро.

Злосчастное кукурузное масло мешало и хлебопекам. Оно задерживало брожение теста. А больше всего негодовали хозяева винокуренных заводов. Они перерабатывали початки на спирт и получали изрядную примесь вредных сивушных масел.

В конце концов кукурузное масло так всем надоело, что от него решили избавиться. В зерне, правда, его не так уж много, пять процентов. И никто не решился бы его выжимать, если бы не помехи, которые мешали вышеупомянутым производствам.

Выжали ненавистное масло. И тут выяснилось, что вкус у него как у оливкового. А в наши дни обнаружили, что в нем больше витамина Е, чем в других маслах. Витамин Е — активный антиоксидант. Он контролирует работу клеток нашего организма и препятствует старению. Вот что значит кукурузное масло. А хотели его выбрасывать...

Зарубежные свиноводы попытались кормить свиней одной кукурузой. Хрюкающая братия чувствовала себя на такой диете весьма неважно. Животные быстро наедались. В кишечнике накапливались токсины. Кончалось все язвой желудка. В прежнее время, когда давали еще и ячмень, здоровье не ухудшалось. Оказалось, что для свиней кукуруза слишком мягкая пища. Кишечник закупоривается без отрубей. Отсюда и все болезни.

А теперь прикинем, сколько может дать зерна с одного гектара самая лучшая кукуруза? В самых благоприятных условиях, в кукурузном поясе США, в последние годы получают по 60 центнеров с гектара. А на опытных участках отдельных ферм — по двадцать тонн. Удается это при помощи удобрений. Их валят в два с половиной раза больше, чем получают зерна.

Тут следует вспомнить, что в первые послевоенные годы наш кукурузовод М. Озерный из Днепропетровска получал ровно столько же, хотя такую уйму удобрений не вносил. У него просто их не было в то трудное время. А в Грузии собирали еще больше, по двадцать пять тонн!

Остается рассмотреть еще одно утверждение Па-лимпсестова. Он хвалил кукурузу за то еще, что не дает никаких отходов. Зерно полностью идет в дело. Никаких отрубей!

Чтобы понять, как удалось Озерному достичь небывалых результатов, нужно учесть, что солнце, ветер и вода обходятся нередко с кукурузой весьма неделикатно. Чуть только распушится метелка и зацветут цветки, как пройдет дождь и смоет половину пыльцы. Или ветер унесет. Или солнце испечет. А бывает и так, что к тому моменту, когда распустятся женские цветки, метелки уже отцветут и пыльцы нет. Осенью и собирать нечего. Початки полупустые. Череззерница!

Озерный решил исправить положение несложным приемом. Он отделил небольшой кусочек земли от кукурузного поля и посеял на нем зерна на неделю позже основного посева. Теперь Озерному было безразлично, отцветут ли раньше времени метелки на главной плантации. Резервный участок зацветет позже ровно настолько, чтобы дать нужную пыльцу во время ее дефицита!

Бывает, что кукурузоводы применяют еще один хитрый прием. Обрывают метелки у растений каждого второго ряда. И выбрасывают. Оставшихся вполне хватает для опыления всего поля. Зато обезглавленные растения дают больше початков и лучшего качества.

Кукуруза в поле выше ростом, чем все другие хлебные растения: пшеница, рожь, рис, просо. Соперничать с нею могут лишь немногие южные злаки.

Новшества техники, которыми так богат наш век, нередко вносят смуту в привычный ход выращивания растения. Недавно так случилось с кукурузой в Гане. В этой стране жители больших городов имеют обыкновение разводить это растение не только на полях, но и в самом городе рядом с проезжей частью улиц и дорог.

Считают это очень удобным еще и потому, что уличные светильники, которые зажигают вечером, освещают микроплантации и прополку можно вести ночью, если по каким-то причинам не успели днем.

В 1975 году в Аккре стали заменять обычные лампы дневного света на более современные. Очень скоро это сделали и в других городах. Новые лампы дают очень сильный, яркий, чуть зеленоватый свет. Для улиц они оказались удачной находкой. Но только не для кукурузы.

Минул год, и городские фермеры встревожились. Их плантации стали выглядеть необычно. В тех рядах кукурузы, которые дальше от улицы и, соответственно, от светильников, растения росли нормально. Они вовремя зацвели и дали початки. Зато в ближних рядах стебли выросли чуть ли не вдвое выше обычного. Они и метелки выбросили на месяц позже: не через два месяца, а через три. Початков же и вовсе не образовалось.

Фермеры обратились в местный университет. Ученые пришли на плантации и объяснили дело так. Кукуруза — детище тропиков. Она растение короткого дня. Когда в светильниках горели обычные лампы, то их слабый свет не действовал на кукурузу. Новые лампы оказались столь сильными, что сравнялись с солнечным сиянием. Вместо короткого дня кукуруза получила длинный. Она стала гнать зелень, но задержалась с початками.

Объяснить объяснили, но что предложить огородникам? Убрать светильники нельзя. Надо что-то предпринять с кукурузой. Но что? Профессор С. Синандурай осмотрел множество посадок вдоль шоссе и наконец вышел к широкой лагуне, вдоль которой шла дорога. Дорога прижимала кукурузники к самому берегу. Светильники стояли и здесь, но странное дело, среди растений не было разнобоя по высоте и початки зрели на всех стеблях.

Близость воды — вот что изменило картину! Профессор тут же предложил одному из огородников провести орошение на своем участке. Тот выполнил совет. И ситуация в корне изменилась. Те самые долговязые стебли, которые раньше отказывались давать початки, теперь были увешаны ими. Вместо обычных трех-четырех на некоторых стеблях насчитывали по пять и даже по восемь.

Гора кукурузных початков дает не только корм скоту, но и муку для мамалыги и кукурузное масло, столь богатое витамином Е и отодвигающее старость.

Учёный с нетерпением ждал, когда початки созреют, чтобы взвесить урожай. Однако когда срок наступил и Синандурай пришел к огороднику, то не обнаружил ни одного початка. Обрадованный плантатор не дождался профессора, собрал початки полузелеными, сварил и продал прохожим.

Не меньше загадок в свое время загадала курским земледельцам итальянская кукуруза сорта Чинквантино. В переводе на русский «Чинквантино» означает «Пяти десяти дневка».

Было очень соблазнительно добыть этот сорт, который требует меньше двух месяцев роста! Добыли. Вместе с Чинквантино прибыл и другой сорт, который именовался Карантино (Сорокадневка). Початки — через сорок дней! Невероятная скорость.

Посеяли. Прошло сорок дней. Пятьдесят. А до спелости еще далеко. Прошло три месяца с половиной, и только тогда поспели початки. Видимо, курский длинный день отодвинул сроки созревания по сравнению с Италией.

Однако долго эти сорта не продержались. На смену им пришел американский Конский Зуб. Он созревал поздно и давал очень большой урожай.

Вместо твёрдой, как кремень, блестящей зерновки у обычной кукурузы (ее и звали кремнистой!), у Конского Зуба она походила на коренной зуб. И зерновка была не роговидной, как у кремнистых сортов. Роговой слой укреплял каждое зерно только по бокам, а сверху у Конского Зуба поверхность была сморщенная, как бы немного вдавленная.

Особенно радовались появлению нового сорта курские земледельцы. Стебли его вздымались гораздо выше обычной кукурузы, и предприимчивые хозяева уже подсчитывали, сколько корма прибавится для коров, если они сделают силос из зеленой массы. Однако прошло несколько лет, и восторги поутихли. Конский Зуб действительно давал громадной высоты стебли. Они были вдвое толще, чем у обычной скороспелки. Но силос получался грубый, и коровы отворачивались от него, предпочитая обычную кукурузу.

Семена нового сорта по тем временам стоили дорого, и хозяева, накупившие их в запас, теперь не знали, куда использовать. Конский Зуб созревал поздно, когда уже было мало солнца и тепла. Зерно плохо высыхало. Нужно было его подсушивать, но сушилок не было. Оно плесневело и пропадало.

Курские хлеборобы, однако, оказались людьми находчивыми и стали использовать семена для посева защитных полос. Кукурузными полосами защищали посадки цветной капусты от ветров. Другие оставляли стебли стоять и сохнуть до зимы, а потом рубили их на дрова. А когда приезжие спрашивали их, почему не дают скоту такую уйму еды, отвечали: «Конский Зуб слишком груб!»

Соблюдая истину, отмечу, что в наши дни Конский Зуб не забыт. Агрономы научились и его выращивать и использовать. И среди животных оказалось несколько великих охотников до его сморщенных зубовидных зерен. В первую очередь воробей.

В стремлении добыть кукурузные зерна воробей проявляет редкую для птиц изобретательность. Об этом недавно рассказали научные работники из Института кукурузы И. Федько и И. Сиденко. Они проследили, как удается этой мелкой птахе разорить такое громоздкое сооружение, как початок. Он не только твердокаменный, но еще и обернут снаружи чехлом. Чехол прочный, волокнистый, и разорвать его не легко.

Воробей поступает таким образом. Он начинает пробивать клювом чехол примерно на половине его высоты. Отверстие за отверстием. Дыру за дырой. И так вокруг всего початка. Примерно так, как поступают люди, когда хотят снять кору с очень толстого дерева. Наконец воробей снимает верхнюю половину чехла с початка. Подготовительная операция кончена. Можно выбирать зерна.

Наш любитель кукурузы жмется к человеческому жилью. Можно предположить, что чем ближе к жилью, тем сильнее попорчена королева полей. На самом деле не совсем так. Иногда растет возле самого дома, и воробьи шумят вокруг, заглушая уличный шум, а ни один початок не тронут.

Воробьям нравится не всякий сорт кукурузы. Если рядом с домом посажена сахарная или рисовая, они не тронут ни ту, ни другую. А ведь сахарная гораздо слаще других. Именно ее варят и продают на улицах южных городов. Так нет же. Подавай им Конский Зуб! Поэтому знатоки стараются не разводить Конский Зуб ближе чем за полтора километра от жилья. В такую даль воробьи летать не отваживаются.

Не будем, однако, слишком строго судить воробьев. Ведь и люди тоже в выборе сортов разборчивы. Одним нужна с белым зерном (как и картофель!), другим с желтым. В Сальвадоре до сих пор предпочитают белозерную. То же и в Африке. Если привезут на рынок муку из желтого зерна, ее трудно продать.

Между тем скотоводы заметили странную особенность. Если кормят свиней желтым зерном, получают в сутки полкилограмма привеса. Белым — в два раза меньше. Сначала этому не придавали значения. Но в дальнейшем стали накапливаться и другие интересные факты.

Американский биолог Харт наблюдал за телками, которые содержались на разной диете. Одной группе давали пшеничную пищу. Другой — овес. Третьей — кукурузу. Хуже всего выглядели «пшеничные» телки. Лучше всех — «кукурузные». Эти последние и приплод дали здоровый и крепкий. Тогда Харт изменил диету. Пшеничную пищу стал давать кукурузной группе, а кукурузную — пшеничной. Ситуация резко изменилась. Еле державшиеся на ногах «пшеничные» коровы, бывшие телки, окрепли, поправились и чувствовали себя превосходно.

Харт объяснил это тем, что животным не хватало каких-то минеральных веществ, которые они нашли в кукурузе. На самом же деле причина была иная. Ее выяснил чешский биолог Грушка. Просто Харт давал своим подопечным желтую кукурузу, в которой было много каротина.

После этого многие любители белого зерна перешли на желтое. И только некоторые по традиции едят белое, а о желтом говорят, что пахнет морковкой. Может, и вправду немного пахнет, только ведь морковь — полезнейший из овощей. А в кукурузе к тому же — лучший из всех растительных каротинов. Это установили специалисты из ФАО (Продовольственной организации ООН) еще в 1953 году.

Замечательно, что у кукурузы, как и у картофеля, есть не только белое и желтое племя. Есть также и синецветные формы и с красными зернами и даже с чёрными! Увидеть их легче всего на родине кукурузы — в Мексике.

Нигде в мире не любят и не чтут кукурузу, как в Мексике. Стоит произнести волшебное слово «маис», и сразу найдутся друзья. Соберется кучка людей, и начнется разговор. Он может продолжаться бесконечно.

Кукуруза в Мексике не только на поле, но и на огороде, и в палисаднике возле дома, и на газоне перед важным учреждением. Если на поле с другой культурой вдруг поднимется знакомый стебель маиса, его не вышвырнут, как сорняк. Его оставят на месте, хотя он будет мешать и конкурировать с соседними растениями. Такова сила традиции.

Маис — кормилец. Он дает главную пищу мексиканцам. Пресную кукурузную лепешку, тортилью, в Мексике едят три раза в день. Она заменяет хлеб.

Обширна Мексика, но пашни всего пять процентов. Поэтому под маис используют любой свободный клочок. В жарких низинах, в «терра кальенте», ее высаживают между бананами и ананасами. В прохладных горах вперемежку с соснами. На севере страны, где горы вздымаются гигантским трамплином, кукурузу выращивают на таких отвесных кручах, что иной раз приходится чуть ли не веревкой привязываться.

Есть в Мексике такие места, где за лето не выпадает ни капли дождя. А кукуруза растет. Тут нашей знакомой приходится рассчитывать только на туман и росу. Каждый день они промачивают почву пальца на два или на три. Влага держится всего час-другой. Кукуруза успевает ее перехватить.

Конечно, в таких условиях могут жить только местные сорта. Пробовали привозить из США. Соседи. Но не прижились. Да и свои, мексиканские, годятся не для всей страны. Иногда даже не для одной деревни.

Вот что рассказал по этому поводу известный американский ботаник Андерсон. Однажды он приехал в мексиканский городок Гвадалахару. Каждый день делал вылазки на соседние поля. Возле двух небольших деревень ученый насчитал столько сортов кукурузы, сколько не было в самом кукурузном штате на его родине. А через неделю выяснилось, что в окрестностях Гвадалахары сортов больше, чем в США! Андерсон был потрясен. Сколько же во всей Мексике?

Однако в этом калейдоскопе сортов ботаник заметил одну интересную особенность. Разновидности кукурузы менялись на полях за каждым холмом, на каждой сотне метров. Но на огородах возле хижин маис был одинаковым у всех. Тут сажали сорта особые. Их початки были не желтыми, как на полях, и не белыми, а синими. Или черными. А у некоторых — красными. Зерна в початках были гораздо крупнее, чем в поле.

Больше всего сажали синей кукурузы. Она поспевает рано. Но доспеть ей не дают. Мочат в воде с золой. Толкут и делают жидкую кашицу. Она напоминает манную. Сладкая, как на молоке.

Когда-то в прошлом веке аптекарь Пармантье агитировал французов за кукурузу: «Любишь родину — сей кукурузу». Теперь уговаривать никого, кажется, не нужно. Но проблем у этого злака остается немало. Возьмем наугад без выбора три из них. Вот первая.

Специалисты как-то подсчитали, что масло дает энергии в два с половиной раза больше, чем крахмал. Растительное масло. Если так, то более масленичная кукуруза выудит больше солнечной энергии, чем обычная.

Генетики взялись за дело. Год за годом создавали гибриды все более и более масличные. Сначала процент масла удвоили. Было меньше пяти процентов, стало — десять. Потом утроили. Может быть, и учетверили бы, но заметили, что с каждым процентом масла падает урожай. Количество солнечной энергии уловили то же, что и раньше.

Другая проблема — предшественники. На полях обычно соседка кукурузы — сахарная свекла. Свекла уходит, на ее место сеют кукурузу. Та растет, но чувствует себя неважно. Желтеют листья. Стебли ниже обычного. Выяснили, что кукурузе недостает цинка. То ли весь запас его берет себе свекла, то ли переводит его в такую форму, что кукуруза взять не может?

Третья проблема. Соседи. В 1951 году в Тернополь-ской области посеяли кукурузу по методу индейцев, вместе с тыквой. Тыква защищала почву от сорняков и не давала испаряться лишней влаге. Собрали огромный урожай, как Марк Озерный. Но до сих пор тыква в кукурузниках редкая гостья. Лишние хлопоты?

В заключение вспомним еще раз гениальную догадку агронома В. Палимпсестова о том, что кукуруза будет все больше расширять свои позиции среди зерновых. Похоже, что этот прогноз продолжает оправдываться. Ведущие ученые мира обещают нашей знакомой блестящее будущее. Причина в том, что сеять доходную культуру стали гибридными семенами.

Еще Ч. Дарвин получал такие семена. В наши дни они как бы заново открыты. Кукуруза, выращенная из гибридных семян, обладает особой гибридной силой — гетерозисом, хотя, увы, только в первом поколении.

Специалисты в шутку называют необычное существо «кукурузным мулом». Мул — дитя лошади и осла. Он «лишен гордости за предков и надежды на потомство». Зато мул меньше болеет и меньше ест, больше работает и дольше живет.

Кукурузный мул дает существенную прибавку зерна. Вместо обычных 70 центнеров с гектара в степи под Херсоном на орошении приносит фантастический урожай в 100 и даже 150! А селекционеры уже не удивляются, когда речь заходит о 200 центнерах!


главная

назад

вперёд