главная

назад

вперёд
   

Нужны ли гороху листья?

История сохранила множество морских приключений, связанных с растениями. Главным героем их может считаться горох.

Первым, кто написал о приключениях гороха, был писатель К. Паустовский. Однажды он стал очевидцем аварии океанского парохода «Днепр». Корабль сел на рифы около пролива Босфор. Он предстал перед Паустовским совершенно разрушенным, точно в него попала бомба. Железные внутренности висели в воздухе.

Было известно, что «Днепр» получил небольшую пробоину. Всех удивляло, как после такого незначительного повреждения пароход угораздило переломиться пополам. Это мог сделать только сильный шторм, но в море в день аварии было тихо. Стоял штиль.

Виновником событий оказался горох. Им были набиты трюмы. Вода, проникшая в пробоину, намочила груз. Горошины стали разбухать все больше и больше. Железная арматура корабля не выдержала их объединенного напора.

Второй случай, запомнившийся мне с детства,— история плавания ледокола «Седов». Тот не был погублен горохом. Напротив, горох его спас. Когда ледокол был заперт льдами в северных морях, команда осталась без витаминов. Спасли людей ростки гороха, которыми они питались.

Люди не всегда уважительно относились к своему зелёному другу и нередко совершенно о нём забывали. В одну такую пору, в самом начале нашего века, редакция журнала «Деревня» послала агронома П. Па-дучева по селам с заданием: выяснить, почему крестьяне бросили сеять горох?

Агроном двинулся в путь. И верно. На крестьянских полях можно было найти что угодно: пшеницу, рожь, коноплю и картофель. Все, кроме гороха. Только в редких селах сохранились небольшие полоски этой культуры. Если же такая полоска и встречалась, то возле неё, как на бахче, обязательно сидел сторож. И стоял шалаш, где страж ночевал.

Выяснилось, что сторожа охраняют плантации от местных ребятишек. Именно эти сорванцы решили судьбу гороха, совершая рейды за своим любимым лакомством. Такое открытие озадачило агронома. «Почему же родители не сеют горох для своих детей? — рассуждал он.— Ведь будь горох в каждом дворе, кому бы пришло в голову лазить за ним в чужие огороды?»

Крестьяне отвечали, что именно так и было «при царе Горохе». Горох тогда рос у каждого, и никто из детей на плантации набегов не совершал. Сама поговорка про царя Гороха сложилась потому, что в старину горох был царем зерновых. Сеяли его помногу. Удавался отлично. Даже если не уродила пшеница или рожь, добавляли в хлеб гороховую муку. И от этого хлеб не портился. Он становился еще вкусней и питательней.

Пришли, однако, новые времена, и горох сошёл на нет. Так же как и гречиха. Но причины этой печальной ситуации оказались иными. Гречиха тоже оказалась забытым хлебом. Но там многое зависело от пчел. Не подвезли вовремя пасеку, опылять некому, урожаи падают. Горох же — самоопылитель. Особой необходимости в пчёлах нет. Для гороха важнее почва. Раньше было много «новей», вырубок и нераспаханной целины. Горох шёл на них великолепно. Потом такие земли остались только у помещиков, да и то не у всех. У кого остались, у тех горох и давал урожай.

На старопашках едва собирали семена. Почва утомилась, так утверждали горохолюбы. И они были правы. В почве накапливались нематоды, паразитические черви. В ней множились и вредные грибки. Они вызывали корневую гниль.

Крестьяне отбивались как могли. Вводили севооборот. Сначала сеяли рожь, потом горох. Затем давали полю отдохнуть годик под чёрным паром. Севооборот называли трехпольным. Однако он мало помогал. Знатоки советовали сеять горох не через три, а через четыре года. Потом, когда не помогло, через пять. Затем — через шесть. А где наберешь столько земли, чтобы из-за гороха гонять под другими культурами семь полей?

Советовали и другое. Давать высокий агрофон. Сильнее удобрять. Удобрение было одно — навоз. С ним приходили сорняки. Правда, знатоки успокаивали: у гороха лист широкий, от всех сорняков отобьется! Увы, на унавоженных полях сорняки пересиливали горох.

Наблюдая такую картину, агроном Падучев рекомендовал тотчас же пропалывать сорняки. Хозяева, однако, не соглашались, рассуждали так: не будет сорняков — горох поляжет.

Некоторые основания для опасений у них имелись. Стебли у гороха слабые. Вес большой. Горох природа создала в расчете на то, что будет цепляться за подпорку. Для того-то у него и усики при каждом листе. В огороде для него ставят тычины. В поле вместо тычин отлично послужат полынь и лебеда. Стебли у них что железные прутья.

И действительно, горох обвивался вокруг жестких стеблей сорняков и не полегал. Однако такая идиллия продолжалась только до уборки. Когда же земледельцы выходили на жатву, то дело принимало печальный оборот. Коса не брала деревянистые бодылья. Лезвие крошилось, а иногда коса и вообще переламывалась надвое.

В досаде косцы бросали сломанное орудие и начинали обирать плети руками. Но сделать это было еще труднее. Обмотавшиеся вокруг бурьянов гирлянды легко рвались. На полынных тычинах оставалась немалая часть бобов. Другая часть раскрывалась от сотрясения, и спелые горошины падали на землю.

В общем мороки было много. Даже когда уже урожай был убран, оставалась гороховая солома. Скот ел её неохотно. Разве что с голодухи, да и то в смеси с другим кормом. Правда, крестьяне нашли ей неожиданное применение. Они стаскивали её в кучи, нагромождали валами возле плетней, чем защищали зимою дворы от снега.

Итак, надежды на сорняки как на тычины не оправдались. Однако мысль о том, что можно будет приспособить какое-нибудь растение для подпорки, до сих пор не оставлена. Уже в наши дни в совхозе «Виногра-довский» под Москвой горох посеяли с подсолнухом. Ряд подсолнуха, два ряда гороха. Все сработало бы отлично, если бы не одно обстоятельство. Стебель подсолнуха покрыт жесткими волосками. Горох за него цепляется очень плохо. Он остается между рядами своего соседа без опоры и полегает еще сильнее, чем в чистом посеве. С овсом и пшеницей результат лучше.

Есть и еще одно слабое место у гороха: давнишний вредитель, пожиратель горошин зерновой жук брухус. Испокон веку он наводил ужас на агрономов. Личинка выедает горошину изнутри. Ни для посева, ни для еды такое зерно не годится.

До сих пор брухус терроризирует земледельцев. А между тем, если подумать хорошенько, то можно найти против брухуса простые и безопасные средства защиты. По крайней мере, одно из них нашёл еще в начале столетия корреспондент журнала «Деревня» Н. Вышеславцев.

Он заметил, что горох не повреждался зерновиком на самом краю поля. Здесь поле было огорожено плетнем, и вдоль изгороди разрослась одичавшая конопля. Она росла там каждый год. Не в конопле ли спасение? Вышеславцев взял тогда и посеял вместе с горохом коноплю. А другое, соседнее, поле оставил как раньше, под чистым горохом. Там и здесь он сеял известный и поныне сорт Виктория с очень крупными и красивыми семенами, лакомую еду зерновика.

На поле с чистым горохом жучок съел ровно половину урожая. Там же, где росла конопля, брухус не появился вовсе. Довольный экспериментатор убрал зерно высшего класса. А в придачу и еще несколько пудов отличного конопляного семени. Он, может быть, и волокно бы получил, да стебли обломались при уборке. Выгода оказалась двойной.

Вот так, с переменным успехом идет до сих пор борьба за горох. В Индии за последние десять лет площади сократили наполовину. Виною всему — гриб мучнистая роса. На листьях появляется белый налет, словно известковая пыль. И урожаи падают. Применить химию? Можно, но, когда подсчитали расходы, выяснилось, что средство фермерам не по карману.

У европейцев другие заботы. В Северной Европе часто льют дожди. Полегают даже карликовые сорта. А обойтись без гороха европейцы не могут. Чем пополнить тогда белковый баланс? В теплых странах есть разные другие бобовые: нут, вигна, маш. В США их заменяет соя. В Европе соя не удается. Там только фасоль, бобы и горох. Правда, американцы везут свою сою в Европу. Но за неё надо платить...

И в эту трудную минуту вспомнили об одном событии, которое случилось в 1923 году и вроде бы прошло незамеченным. В Англии два генетика — К. Пеллоу и А. Свердруп — обнаружили горох без обычных прилистников. Вместо широких зелёных крыльев, которые охватывают стебель над каждым листом наподобие воротника, виднелись еле заметные лохмотья.

Прошло 30 лет. Уже после войны, в 1953 году, финский ботаник В. Куяла наткнулся на другой уродливый горох. У этого прилистники, правда, были, зато недоставало самих листочков. От них остались только жилки, как будто их объели насекомые. Когда ученый пригляделся внимательнее, то поразился еще больше. Вместо каждого листочка тянулся длинный усик и завершался, как обычно, на конце тонкой спиралью.

Усики есть, конечно, у всякого гороха. Но мало. По одному на каждый сложный, перистый гороховый лист. По закону в усик у гороха превращается конечный листочек, которому не хватает пары. А тут — все! Куяла написал статью в научный журнал, но до поры до времени находка оставалась таким же ботаническим курьезом, как и предыдущая. Никто не мог предположить, что растение без листьев на что-нибудь годится. Зелёный лист строит органическое вещество и обеспечивает урожай. Без него как?

Но наконец потребовалось создать для Европы горох, устойчивый к дождям, и о курьезах вспомнили. Скрестили обоих уродцев и получили нечто несуразное. Горох совсем нагой. Без листочков и без прилистников. Одни стебли, жилки и усики.

Однако посеяли. К удивлению всего мира, получили большой урожай. Вид поля зрелого гороха был совершенно необычен. Оно походило не то на мотки зелёной проволоки, выброшенной на свалку, не то на плантацию комнатного аспарагуса. И только многочисленные бобы выдавали горох.

Ученые-физиологи до сих пор ломают голову: как мог новоиспеченный гибрид накопить столько же органического вещества, как и его собрат в полном зелёном мундире? Что заменило листья? То ли усиленно трудятся усики, то ли сами зелёные створки бобов? Но ведь бобы есть и на обычном горохе.

Однако факт остается фактом. Филби (так названо безлистное чудище) существует и дорабатывается. Надо еще укрепить стебель, сделать, чтобы бобы крепче держались, чтобы белка было побольше. Все это уж не так сложно. Опаснее другое. Ученые тревожатся, не забьют ли новый горох сорняки. Без листьев света к земле проникает много. Нужно сыпать гербициды в утроенной дозе, а это не очень желательно.

Сорняков приходится бояться еще и по другой причине. За последние годы гороховеды узнали, что мир переделывает сорта риса и пшеницы. Укорачивает соломину, чтобы не полегали. Укоротили плети и у гороха. Голландцы переусердствовали и вывели такой низкорослый горох, как земляника. Этим они удивили даже соседей немцев — великих знатоков гороховой культуры. Немцы посмеялись и свои горохи превращать в карликов не стали.

Есть и еще одна причина, которая заставляет осторожно относиться к карликовым сортам этого бобового растения. Надо вспомнить об одном сорте, который удостоился в 1979 году золотой медали селекционеров. Называется он Шугар Снап, что означает Сахарный Ломкий. Он привлек внимание широкой публики тем, что не теряет сочности и сладости даже в пору полной зрелости. За рубежом его подают в самых шикарных ресторанах, и гурманы стараются добыть себе к обеду именно этот сорт.

Есть у Снапа еще одна особенность. Он высокий. Даже слишком. Вот как описывает свои приключения с этим сортом овощевод Д. Пеппер. Для поддержки гороха у себя в огороде она вместо тычин использовала проволочную сетку, из которой делают загородки для цыплят. Сетка укрепляется на кольях, и получается заборчик метровой высоты. Обычным сортам гороха его вполне хватает.

Снап повел себя по-другому. Уже к началу мая он достиг верхнего края сетки, перевалил через неё и пустился расти дальше с той же силой. Неизвестно, чем бы это кончилось, если бы все сооружение не рухнуло под тяжестью зелени. К чести гороха нужно сказать, что, и распластавшись по земле, он продолжал давать урожай. Когда Пеппер измерила плети, оказалось, что они достигли двух с половиной метров. Полтора человеческих роста! У других огородников были еще выше, до трех с половиной метров! Им пришлось устанавливать сетку именно такой высоты. Наверное, они собирали бобы, взбираясь на лестницу.

Чтобы не обременять себя такими заботами, гороховеды обратились к руководителю одной семенной фирмы с законным вопросом: нельзя ли вывести карликовые формы Шугар Снапа?

— Нет ничего проще,— отвечал семеновод.— Это уже сделано в Европе. Беда лишь в том, что карликовый горох дает совершенно безвкусные плоды. Есть их никто не желает.

Не стану докучать вам дальнейшим перечислением приключений гороха. Упомяну лишь об одном открытии советских ученых, имеющем непосредственное отношение к нашему повествованию.

В середине шестидесятых годов было много споров, стоит или не стоит сеять горох на целинных землях Северного Казахстана? В общем, это была хорошая культура для тех мест. Период роста у гороха короткий. Всходы утренников не боятся. Горох — прекрасный предшественник для зерновых.

До уборки все обстоит благополучно. Начинаются беды, когда в поле выходят жатки. Они скашивают горох и укладывают его в валок. В открытой степи ветер — гость постоянный. Он подхватывает валок и катит вслед за жаткой. Как перекати-поле. Половина зерна вымолачивается и пропадает бесцельно. И так каждый год.

Конечно же, сразу возникает мечта о таком сорте, который бы не вымолачивался, не осыпался бы. Советские ученые создали такой сорт. Когда раскрываются створки, горошины остаются крепко приросшими к ним. Зерно больше теряться не будет.


главная

назад

вперёд